Корзина
451 отзыв
Коллекционные монеты в интернет-магазине «Червонец»
+7 (343) 2067639
+73432067639
+79025851593

Враги земли русской на монетах

Враги земли русской на монетах
На протяжении XVI века на монетах большинства стран Западной и Центральной Европы прочно утверждаются портреты коронованных особ — королей и императоров, герцогов и курфюрстов.

06.12.18

Эпоха Возрождения в изобразительном искусстве проявилась в интересе художников к внутреннему миру человека. Высокохудожественные портреты европейских властителей не были редкостью на деньгах того времени. Россия оказалась в стороне от магистрального направления развития науки, культуры и искусства ренессансной Европы, иначе мы имели бы сегодня миллионы чеканных портретов Ивана Грозного и не гадали, как же выглядел этот царь.

Нашим соседям полякам повезло больше: монархи Речи Посполитой, объединявшей с 1569 года Королевство Польское и Великое княжество Литовское, неизменно украшали своими профилями золотые, серебряные и даже медные монеты своего государства. Правда, не все они сами были поляками. В Речи Посполитой (припомним, что название страны является польским соответствием слова «республика») короли выбирались на съездах дворянства - шляхты. Причем предпочтение на протяже­нии многих десятилетий отдавалось иностранным претендентам: в 1573 году на польский престол был избран французский принц Генрих Валуа (годом позже он стал королем Франции под именем Генриха III), в 1576-м — трансильванский князь Стефан Баторий, а в 1587-м — шведский принц Сигизмунд Ваза. Иван Грозный также выставлял свою кандидатуру, но не набрал нужного числа голосов и тем самым лишился, помимо прочего, возможности видеть свой портрет на монете. У нас есть счастливая возможность рассмотреть изображения на моне­тах Стефана Батория и Сигизмунда III Вазы, впи­савших немало ярких стра­ниц в историю как Речи Посполитой, так и русско-польских отношений.

Стефан Баторий, избран­ный на престол Речи Посполитой в разгар Ливонской войны, был од­ним из лучших полководцев своего времени. Он дал клятву польской шляхте вернуть литовские и ливон­ские земли, захваченные в ходе военных действий войсками Ивана Грозного. Несмотря на преклонный возраст (а было ему далеко за семьдесят), Баторий энергично взялся за пере­стройку польской армии по западному образцу, оснас­тил ее первоклассной для того времени техникой.

В 1579 году Баторий совершил первый поход на Россию, в ходе которого захватил Полоцк. В октяб­ре 1580 года поляки взяли Великие Луки, а в августе 1581 года началась знаме­нитая осада Пскова. Более пяти месяцев державшая в осаде старинный русский город стотысячная армия Батория пыталась вынудить псковичей к капитуляции.

На 31 приступ поляков жители города ответили 46-ю вылазками. Героическая оборона Пскова его жителями и гар­низоном во главе с опыт­ным полководцем князем И.П. Шуйским сорвала планы Батория, и его армия, по словам древнерусско­го книжника, отошла от Пскова «со студом многим и с великим срамом».

Автор «Повести о прихожении Стефана Батория на град Псков» — замечатель­ного памятника русской литературы конца XVI века

не жалел черных красок, живописуя облик польского короля как злейшего врага Русской земли и право­славной веры и наделяя его эпитетами типа «вы­сокогорделивый», «велехвальный» или «неутомимый лютый зверь несыт»:

«...бе бо и сам той литов­ский краль Степан неис­товый зверь и неутомимый аспид, лютерския своея веры воин, и рад бе всегда кровопролитью и начина­ния бранем»; «разсверепися и разгордися лютый той варвар, ли­товский краль Степан. Конечно же, автор древ­нерусской повести не мог создать объективного и беспристрастного порт­рета польского короля, пришедшего на русскую землю не с самыми миролюбивыми намерениями. Справедливости ради нуж­но заметить, что Стефан много сделал для страны, избравшей его своим правителем. Несмотря на неудачу под Псковом, Ливонскую войну он завер­шил миром, более выгод­ным для Речи Посполитой, чем для России. При нем учреждено было запорож­ское казачество, а в 1579 году в Вильне иезуитами была открыта Академия, преобразованная позднее в Виленский университет. При Стефане Батории была упорядочена де­нежная система Речи Посполитой и стали чека­ниться серебряные монеты в три гроша — «трояки». Стоит лишь взглянуть на монетное изображение Стефана, чтобы убедиться, что это был скорее прямо­душный воин и азартный рубака, чем дворцовый интриган и кровавый деспот. Портреты Батория украшали монеты, которые в последние годы жизни держали в руках наши зна­менитые соотечественники, бежавшие от деспотизма Ивана Грозного в Литву: московский первопечатник Иван Федоров и первый российский политический диссидент князь Андрей Курбский.

Преемник Батория на поль­ско-литовском престоле Сигизмунд III Ваза (по-поль­ски Зыгмунт) был челове­ком совсем иного склада. Как истинный воспитанник иезуитов, он прославился более на политическом, чем на воинском поприще. В течение семи лет, с 1592 по 1599 год, Сигизмунд был одновременно и королем Швеции, но после того, как шведский престол ото­шел к его дяде, все свои интересы сосредоточил на Речи Посполитой, где ему довелось править в тече­ние 45 лет и стать родона­чальником новой династии. Сигизмунд мог бы с ус­пехом оспаривать титул «врага земли Русской» у Батория: ведь именно он поддержал авантюрис­та Григория Отрепьева, выдававшего себя за сына Ивана Грозного, царевича Дмитрия, и способствовал его ут­верждению на российском престоле. После гибели Лжедмитрия посланные Сигизмундом войска до­шли до Москвы, заняли ее и оказывали поддержку боярской партии, про­возгласившей царем его сына, принца Владислава, которого на серебряных копейках — «чешуйках» именовали Владиславом Жигимонтовичем. Одно время Сигизмунд (по-рус­ски Жигимонт) и сам претендовал на российский престол.

Как и при Батории, моне­ты Речи Посполитой при Сигизмунде чеканились по двум образцам — польско­му и литовскому. В Литве монетный двор распола­гался в Вильне, а в Польше звонкую монету выпуска­ли сразу семь городов: Быдгощ, Всхова, Краков, Люблин, Мальборк, Олькуш и Познань. «Трояки» стали любимой монетой насе­ления Речи Посполитой, а портреты короля на них поражают разнообразием. Нумизматы выявили свыше полутора сотен типов этой монеты, около 500 основ­ных видов, а количество мелких отличий приближа­ется к трем тысячам!

На монетах Сигизмунд предстает полной проти­воположностью Батория буквально во всем: вместо доспехов — «гражданский» камзол с роскошным во­ротником, знакомым нам по портретам работы Рубенса, и орденом Золотого Руна; вместо открытого, даже чуть простоватого выраже­ния лица — лукавая иезуит­ская улыбка, обличающая опытного мастера закулис­ных интриг.

Рассматривая старинные польско-литовские монеты, не устаешь восхищаться мастерством художников, сохранивших для истории неповторимо индивиду­альные и глубоко реалис­тичные портреты «лютых врагов земли Русской».

Предыдущие статьи